Особенно здорово было сидеть внутри — представляешь людей, которые сидели здесь ранее, когда троллейбусы были на ходу — счастливых, озабоченных чем-то, спешащих на встречу, пьяных, влюбленных, смотрящих на осень за окном, сочиняющих новую песню или книгу, боящихся чего-то, плачущих, переглядывающихся с соседом или соседкой в другом конце салона, разговаривающих о пустяках, спорящих, обозленных, думающих о смерти, о жизни, о погоде, о планах на вечер, о будущем, размышляющих о том, кто будет сидеть в этом троллейбусе через много лет.